валяясь в коричневой жиже проезжей части я вспомнила, как в детстве упругим карапузом стояла в тазу и смотрела на разводы бабушкиного обожжённого южным солнцем и пропахшего абрикосами на всю зиму чернозёма, резбегавшегося кругами по мыльной воде. и бегущие вслед за ними изумрудные дорожки зелёнки. не потому что перед сном положено мыть ноги, а потому что это было очень красиво.я с чавканьем приподняла из бензиновой лужи любимую вельветовую сумку с меховыми вставками и подумала, что разбитые каленки, как и веснушки были всегда моей отличительной чертой. и действительно, по колену текла кровь. мне оставалось только задумчиво помакать в неё палец в грязной кожанной перчатке.я повернулась, как смогла, загребая комьями мазутную смесь, дождя, земли, снега и отходов городского транспорта. теперь было видно как смеётся дворничиха, поглядывая на мою запутавшуюся каблуком в примёрзшей спирали проволоки ногу. проволоки, которую, наверное, как и прочий мусор и лёд и грязь растаевшего снега, в её обязанности входит убирать с тротуара. ходить сначала научись - сердито подхохатывала она. я отвернулась.я лежала на тротуаре с закинутыми на проезжую часть руками. в канаве полтора года назад положенного и уже никуда не годного асфальта тонула моя уже никуда не годная, когда-то любимая сумка. в насквозь грязной одежде, с грязными волосами, руками и лицом. с разбитым, как в кривоногом детстве коленом. и думала о маминой фирменной ухе из лосося. хрустально прозрачной и светящейся огромными розовыми дымящимися кусками. с веточкой петрушки на дне для аромата и потому что это очень красиво.юпд: попробовала перечитать. с ужасным трудом. все предложения очень сложные, которые я сама не понимаю. потому что у меня сейчас так сложно на душе и в стиральной машине.

Ранее | Позже