Есть ларек у нас забулдыжный. Там очередь всегда и пьяни много, несимпатичной такой. Трезвый не люблю туда, но да приходиться, у нас в горах, в микрорайоне, не так и много ларьков.Захожу, трезвый, без планов. Купить пирожных. Не люблю сладкое, но иногдакуплю пять пирожный и зажру все. Короче, говорю: пять пирожный, таких-то и таких-то... Очередь тихо ползет стеклянным вопросом глаз. Они фигеют, я им тихо завидую. Пирожные тали чем-то вроде инопланетных существ.Стою молча, угрюмо, ушла за пирожными. Нет минут пять. Очередь смотрит натурально вражески. Стою молча, угрюмо, внутренне настаиваю на долбанных пирожных. Побеждаю духовно. Как, блядь, Кутузов с Толстым. Она орет из глубины ларька:- Вам трубочку вафельную или бисквитную?Чувствую, очередь уже раскалилась добела, сам чуть не ржу, ору:- Бисквитную.Она возвращается. Несет трубочку в пакетике, а руки все у нее в креме. Говорит так еще:- Вот, вся перепачкалась.Видимо, после пяти минут ее отсутствия, вдруг тут у меня случается что-то вроде веселой истерики и я вдруг говорю громко, начальническим тоном таким, грозно еще так и с генеральской четкостью, серьезно:- Что, наелись пирожных?!Она в припадке смущения. Уже на улице начинаю дико ржать. С полностью угрюмым лицом. Внутренне. Духовно. Как Кутузов. С Толстым.

Ранее | Позже