sympathetic
чужая свааадьба

Да, в третьем браке так смешить не будут...
Утром думаешь: кто я? И просыпаешься...Татьяна, в твоей жизни было всяко-разно. Будет и полный пиздец, несомненно. Но никогда – запомни - никогда не приезжай на свадьбу к самому началу! Даже на собственную. Сразу дуй на банкет. Вспомнилась вдруг свадьба подруги. Лена женится! В смысле, выходит замуж, хотя слово женится подходит больше. Жених Стасик сияет фирменной улыбочкой, отбеленной «Бленд-а-медом» на зависть школьникам Новомосковска. И абсолютно холодные глаза. Лена психует, кричит на родню (орать на меня с Машей не рискует, и правильно делает). Невеста уставшая и злая, гости официально приветливы и нарочито веселы. Все, кроме свидетеля. Он, горемычный, знает, чем это чревато. Торжествооо. В ЗАГС мы опаздываем, потому что жених с друзьями застряли в лифте. Инересно, много ли пьют в субботу разного рода механики, лифтеры? Обалденные парни, набившись в лифт по самое не хочу, пытаются освободиться. Прыгают. Лена визжит: «Ну что, идет кто-нибудь меня выкупать?» Маша нервно хихикает и просит бутербродов. С шести утра на ногах – здесь вам не тут. Кушать хочется. Очень хочется кушать. Отец невесты выковыривает из заточения жениха сотоварищи. Дружною толпой едем в святая святых, Царицынский ЗАГС. Опускаем торжмомент. Чуть не пристроились к чужой церемонии – нее, наша прынцесса с букетом роз, а у этой ощипанный веник хризантем. И жених какой-то несовершеннолетний. Лена, ауууу! Нашли Лену. Тетенька зачитывает напутствия молодой семье. Уфф, поженили. Пыталась всплакнуть от умиления. Не вышло. Надо было в машине коньячку тяпнуть. Маша хихикает. Тогда, в ЗАГСе, мы еще находились в неведении относительно дальнейшей программы. Жить начала счастливая семья. Ура, товарищи! Свидетель обливает шампанским молодых, нас и зазевавшихся старушек, шкандыбающих мимо. Мы едем гулять (прим.: за бортом 0 градусов с ласковым ноябрьским дождем и снегом). Невеста позирует в хилом сугробе (мой братец бы непременно добавил «жолой гопой»). Действительно, не месяц май, а Лена в открытом платье и невразумительной шубейке. Маша дремала и тихо злилась. Алкоголь «не забирал» ее, несмотря на предпринятые попытки напиться во время променада по Александровскому саду. До садика была попытка догнаться шампанским сразу после церемонии. Тщетно. На исходе третьего часа оздоровительной прогулки Маша наотрез отказалась вылезать из автомобиля. Гости завистливо хмыкнули, взяли подмышку коньяк и поплелись за молодоженами. И отчего я такая мягкотелая? Нет чтобы сидеть в сухом салоне. Пьяненькими, тепленькими…О, а ЭТО что?- Вася. – Представилось нечто в приталенном пиджачке с крашеными волосенками. – Я тамада.Маша оживилась. Тамада оказался на редкость милым юношей из ВГИКа. Вел свадьбу без пошлостей, которых я так боялась, непринужденно и динамично. Групповая фотография под занавес приняла вид финального аккорда, исполненного пианистом-подагриком. Мы кучкуемся возле новобрачных. Фотограф (он же оператор), доморощенный Кустурица, заставляет всех петь «Мы желаем счастья Вам». - Сииииськи! – Кричит лучший друг жениха и поясняет. – Чтобы все улыбнулись. Прикольно, правда? – Громко ржет над словом «сиськи», упиваясь собственным остроумием. Улыбайтесь, дамы и господа. Фото на вечную память. Степень эмоциональности на лицах гостей может соперничать с бельевой пуговицей. Жених держится замечательно: ни одного лишнего жеста, слова. Загнанная в угол невеста. Мучительно трезвые отцы брачующихся. Галдеж родственников средней стратегической дальности. Я закрываю глаза и проваливаюсь вникуда. Это самое «вникуда» при ближайшем рассмотрении оказывается салоном девятки, мчащей меня к родным пенатам. И все поют «Бель», и у каждого по горбу…

Ранее | Позже