story

Про детство, зайца и сороковку
Моё детство выпало на светлые времена. Денег не было нихуя. Мой папа был большой затейник. Он лепил солдатиков. Фашистских и наших. Фашистские были в касках, и на их крошечных лицах было налеплено такое выражение, что сразу становилось понятно, что они уебища. Наши были в пилотках и беззвучно орали что-то героическое, наверное ура. Солдатики стояли на полке стройными рядами, такие клёвые, и ждали своего боевого крещения. Но папиных солдатиков никто не покупал, потому что кому в начале девяностых нужны какие-то там солдатики. Моя бабушка нам мясо возила на поезде, а мама умела шить и вязать.А потом папа придумал одну штуку. Он купил много-много калош на заводе резиновой обуви по сто рублей за пару. Это было очень дешево, потому что в Томске калоши уже вышли из моды и носить их было западло. А потом папа поехал в соседний маленький городок и продал там калоши по четыреста. В соседнем маленьком городке, в отличие от Томска, калоши были в большой цене, потому что там была грязища, а дворники все беспробудно бухали. Папа приехал в Томск с большим полиетиленовым мешком денег и привез мне пушистую песцовую шапку. Шапка была охуенная, такая, с ушами и пампушкой сверху. Я в этой шапке была как гриб. Такой, моховичок.Так вот еду я как-то со школы домой на автобусе. А автобус назывался сороковка. Сороковка был блатной автобус, он ходил прямо из Северска (Северск - это такой город-ящик рядом с Томском, там атомный реактор, радиация и у каждого жителя из жопы растет хвост). Сороковка игнорировала половину остановок в Томске, а кондукторши на сороковках все были злые климаксные халды. В автобусе они чувствовали себя полноправными хозяйками жизни, а пассажиры были для них челядь и холопьё :) А ещё в сороковке не действовал томский автобусный проездной. Но о последнем я не знала.Меня вообще никогда никто проездной в автобусах не спрашивал. Вы когда-нибудь видели чтобы грибы платили за проезд? Я нет. Я когда заходила в автобус, сразу пролезала к ближайшему сиденью у окошка и дышала в заледеневшее стеклышко, делая в нем лужицыНо тут был другой случай и до лужиц не дошло.Видя, как я наглым образом протискиваюсь мимо неё, тетка-кондуктор погналась за мной, распихивая пассажиров своими арбузными сиськами. Сначала она нависала надо мной с грозным видом, но я её игнорировала, и дышала в стеклышко. Офигев от такого вопиющего неуважения, она села рядом со мной на сиденье и с жуткой ухмылкой потеребила меня за мою песцовую пампушку. - Заяц? - осведомилась она, ликуя от чувства своего невъебенного превосходства.- Чего-чего? - Я говорю, ЗАЯЦ? - повторила кондукторша, с ликующим видом оглядывая остальных пассажиров. Пассажиры с интересом наблюдали всю эту сцену. Половина болела за меня, половина - за кондукторшу. - ААААА!!!! - догадалась я. И с гордостью выпалила:- Не заяц! песец! Это мне папа купил. Тетенька кондуктор сначала смотрела на меня с недоумением, а потом вдруг засмеялась. И все увидели, что она ещё совсем молодая. Ну, может чуть-чуть за тридцать. Просто работает кондуктором.Ну должен же быть кто-то кондуктором.

Ранее | Позже