Нечасто это делаю, зато не стыдно за это потом - рекомендую прочитать чужой текст.Под катом - небольшое и убойное повествование, а скорее даже настоящий психоделический трип времен СССР наложенный на любовь к цветам своей команды.Прекрасный, по-моему, текст. Лето 1987 года, Динамо играет в Киеве с тамошними одноклубниками. Сподвигли меня на съездить в Киев динамики из Бибирева - Сом, Саня Мразь Смирнов, Вэл и ныне покойный Быковский. Сом, пыхтя и раздуваясь от гордости, сообщил, что транспортные проблемы он берет на себя - его сеструха тогда служила проводницей в поездах дальнего следования. На Киевском вокзале, впрочем, начались первые сложности. Московское Динамо в ту пору не было самым популярным в Союзе клубом, а взаимоотношения с Киевом оставляли желать много лучшего. Поэтому мы разбавили, для массовости, нашу кодлу двумя бибиревскими металлистами, которым было похуй куда ехать - лишь бы из Москвы, и начинающим бибиревским полинаркоманом по кличке Царь. Царь в принципе притапливал за Динамо, но основной целью его поездки в Киев была ревизия украинских маковых полей. Когда Сомовская систер обнаружила, что продекларированные братиком два-три человека обернулись восемью крайне протокольными заточками, восторгу ее не было границ. Но худо-бедно, в результате долгих переговоров и уговоров, нас распихали по всему поезду и мы поехали. Мне довелось ехать в одном плацкартном вагоне с Царем. - С бухлом нынче всюду глухо. - начал Царь вечернюю беседу. Я не стал спорить, а Царь упорно гнул свою линию. - Но есть верный способ. У меня все с собой.Верный способ заключался в следующем: съедаешь два колеса димедрола, выпиваешь глоток лосьона Розовая вода и запиваешь все это дело пивом. С собой у Царя было три упаковки димедрола, один флакон Розовой воды и две бутылки пива. Одержимый тягой ко всему новому и неизвестному я отважно вписался в эксперимент. После каждого захода мы выходили курить. Провал в памяти начинается с возвращения после третьего перекура. Хотя Царь утверждал в последствии, что были заходы №№№ 4,5 и 6. Потом были кратковременные прояснения сознания, которые Царь нещадно купировал очередными порциями верного способа. Пиво, впрочем, было уже то ли брянского, то ли конотопского разлива, а Розовую воду сменил лосьон Огуречный. Более-менее я пришел в себя к концу второго тайма. Московское Динамо выигрывало со счетом 1:0, к слову сказать - матч так и закончился. После игры киевские менты начали выводить нас со стадиона дабы утопить в Днепре запихнуть в похожий на катафалк ПАЗик, который должен был запустить шланг от выхлопушки в салон и потравить клятых москалей доставить болельщиков Динамо (Москва) на вокзал. Некоторая экзальтированность моего поведения не ускользнула от внимания одного дюжего киевского мента. Когда на вопрос Хуле дергаешься, чмо припадочное? По обезъяннику соскучился? он получил ответ Да не ебет ни грамма ваша телеграмма, мент, не долго думая, переебал мне кулаком по затылку. Со мной приключился флэш-бек. Придя в себя, я обнаружил что: а) автобуса нет; б) видимо на автопилоте, я упиздошил довольно далеко от стадиона. Причем, блядь, в неизвестную сторону. От осознания глубины жопы, в которой я оказался, окончательно протрезвел я молниеносно. Смотал розу и засунул ее в рукав. И, стараясь спрашивать дорогу исключительно у киевлянок постбальзаковского возраста, двинулся в сторону ЖД-вокзала. Добравшись до вокзала, я нарвался на двух дюжих парубков в бело-голубых шарфах. Увы, рожи и манеры парубков были безнадежно хохляцкими. - Тоже с Москвы чтоль? - глядя на меня с кровожадным сочувствием, поинтересовались парубки.Инстинкт самосохранения - вещь великая. Откуда уж у меня выискался должный акцент не знаю, но, привизгивая (вы обращали внимание, как хохлы привизгивают в разговоре?) словно истый хохол, я ответствовал: - Гонишь чи шо? С Гхонотопу. Х тетке ездив.Парубки отошли, но пройдя три шага, начали подозртельно на меня оглядываться. Я поспешил смешаться с толпой и влился в первую же собаку. Собака шла в нужную мне сторону - в Прилуки. Из Прилук и поехал в Конотоп - погостил у тетки и домой пора, ага. Из Конотопа - в Хутор Михайловское. Из Хутора Михайловское я сел на электричку, идущую в Брянск, но был ссажен контролерами на станции с названием Жмудиловка или что-то в этом роде. В полдвенадцатого, блядь, ночи. Утром я приехал в Брянск. И завис там еще на день, познакомившись с одной обаятельной молодой особой. Проводив ее домой, увы - отправился ночевать на вокзал. Денег было ровно 16 копеек. Утром я уехал в Сухиничи, а оттуда в Калугу. Первое, что я увидел, сойдя с собаки в Калуге, была протокольная заточка Царя. - Здесь рядом в аптеке есть ноксирон и кодтерпин, - сообщил Царь вместо приветствия - У тебя деньги есть?По дороге от Брянска до Сухинич я разговорился с одним мужиком и поведал ему свою эпопею. ММужик проникся и одарил меня тремя рублями. - Три шестнадцать. - сказал я Царю. - Заебись, - резюмировал Царь - Щас закинемся и пойдем попутку ловить. Ебал я эти железные дороги.В Москву мы въезжали на ЗИЛе и полусонном кодеиновом блаженстве...P. S. С автором текста я не знаком, поэтому и нее знаю даже, стоит ли, учитывая проблематику повествования, указывать его ЖЖ ник.

Ранее | Позже