«Приходит век: не вырасти, не скрыться. Целует в лоб, как малое дитя. Мы новый сорт, нас вывели шутя, скрестив однажды лён и медуницу, под шум дождя и скрипы половицы, молитвы и инструкций не прочтя». Так начиналась первая страница Записок сумасшедшего врача. А дальше шли разрозненные фразы: О городе, построенном лисицей, что виден из окна любой столицы, но разрушИм, поскольку безобразен. О зрении в эпоху водолея, - глазные капли из природной лени уже не помогают, и тюлени, выбрасываясь стаями на берег, кричат об этом в зрелищах предсмертных, и пахнет аура земли тюленьим жиром... Еще там было нечто о мокрицах, о разведении душевного покоя в полях истории. О вымышленных лицах, увиденных в толпе моим героем… Сам автор умер от сердечного недуга в дороге между домом и больницей. Когда автобус замер на конечной, и все ушли, водитель, не подумав о худшем, раздраженно матерился и долго тряс безжизненные плечи.

Ранее | Позже