нежное
Шопен Ноктюрн до-минор
люблю

И еще настроение
И мелкий дождь шуршит почти неслышно… Дождь в середине сентября не спутаешь ни с каким другим. Это не апрельская слякоть. Это не июльский ливень, который за минуту вымочит прохожих до последней нитки. И не августовский «грибной», следы которого высыхают за полчаса. Сентябрьский дождик – совершенно особенный. Он неторопливо принимается за дело, не обращая внимания на протесты людей. Что ему до разноцветного моря зонтиков! Устанет течь – немножко передохнет, и снова за работу. Сентябрьский дождь – не надоедливый. Он что-то бормочет там, за окном. Мелкие, еще тепловатые капли осторожно падают на подоконник. Тс-с-с! Не шумите, пожалуйста, - лето засыпает…В такую погоду, как ни странно, хорошо гулять в парке. Не здесь. В другом измерении. Я не выдержу и сбегу в Павловск. Одна, без шумной компании, взяв в попутчики только осень и дождь. Целый день буду бродить по лабиринту тихих дорожек, кормить белок, мечтать, сочинять на ходу стихи… Мне никто не помешает отдохнуть от суеты будней, побыть самой собой, расслабиться. Под ноги будут падать пестрые листья. Зеленый тон пока не уступил место осеннему разноцветью – лето не уснуло, оно дремлет. «Лес – точно терем расписной» - это написано про ранний октябрь, когда листва покроет дорожки сплошным ковром. Еще не время… А пока тучи может легко разогнать порыв ветра, и в просвете между облаками вдруг мелькнет прозрачная голубизна. Кто-то из писателей поразительно точно назвал оттенок сентябрьского неба «остывающей синевой». И правда: для голубого – слишком насыщенный оттенок, для синего – уже тускловат. Помню, в прошлом году у Пиль-башни (удивительно романтичное место!) сидела девчонка-художница. Мы разговорились, и она сказала: - Сентябрь и апрель можно писать только акварелью. Они – прозрачные… Нет-нет, да и прилипнет к лицу сорванная ветром невесомая паутинка. Такой знакомый, слегка горьковатый запах древесного дыма – где-то жгут костер. Немножко грустно. Нет, я не буду плакать, просто дождик бросит на мое лицо несколько капель. Снова зашуршит по гравию, погонит домой. В тепло. Сегодня у тебя день рождения. Я не забыла об этом, нет! Заявлюсь в гости тогда, когда ты перестанешь меня ждать – позже всех, уже в сумерках. Промокшая, уставшая, с охапкой кленовых листьев. И ты будешь греть мои озябшие ладони своим дыханием и ворчать: «Где тебя черти носили, неужели не могла позвонить?». А я буду молчать, глупо улыбаться и смотреть в твои чудесные глаза цвета сентябрьского неба… Тише, не ругайся! Ты лучше всех должен знать, почему я так отчаянно люблю сентябрь. Вы с ним – близнецы…

Ранее | Позже