Она родилась через два года после революции. Это было время серьёзных и больших перемен, которые вылились для нашей семьи в далеко идущие последствия. Многие семьи в то время пытались вырваться из страны, и её семья не являлась ислючением. Но в то время когда часть семьи успела выехать, новое коммунистическое правительство закрыло границу, и остальным пришлось остаться. Впереди была жизнь в небольшом городке на Украине, война, эвакуация, и многое другое.Много лет она была учителем математики, а затем директором школы. Класс за классом она выпускала в свет, но репутация была весьма строгой.- Смотри, Софа идёт. - Тише, не шуми, а то сейчас всем достанется! Профессия откладывала свой отпечаток и на дочерей, а впоследствии на внуков и внучек. Принести четвёрку домой было неприемлимо, и, вполне ожидаемо, обе дочери были медалистками. Внукам и внучкам зачастую доставалось не меньше.В то время как старшая дочь осталась на Украине, младшую потянуло в Москву учиться, а в последствии и выйти там замуж. И, когда родился внук, бабушка переехала ближе к ним. Сначала в селение Поваровка под Москвой, а потом в тот же двор где жила молодая семья. С тех пор внук находился под неустанным строгим надзором. Она записала его в библиотеку ещё до того как он пошёл в первый класс, ну и конечно же договорилась в новой школе о принятии ребёнка на год раньше. Собственно с этого момента и до последних лет в Москве, разговоры с учителями производила зачастую она. Как коллега с коллегой. Впрочем и старший внук, которые поступил в МФТИ, не был обделён вниманием. В воспитательных целях, проводились регулярные поездки в Долгопрудный, что бы поднять будущего физика-теоретика на очередной экзамен.После серии квартирных обменов (любимая игра населения Москвы в то время), мы стали жить вместе в двухкомнатной квартире. И в то время как родители жили в одной комнате, внук с бабушкой разделяли другую. Он привык засыпать под звуки тихо бормочущего телевизора (с очередным Чумаком или Кашпировским), а она привыкла не обращать внимания на его беспорядок, магнитофон с хрипящими записями, и гитару. Периодически они воевали за подушки, и она ругалась на него на идиш (так он выучил те несколько фраз которые нельзя повторять в приличной еврейской компании).Конец 80-х снял чугунный замок с границ доживающего свои последние годы Советского Союза и уехавшие во времена революции родственники (а точнее их дети и внуки) смогли найти её. Не говоря ни слова по-английски, она собрала чемодан, и, в секрете от всех соседей и знакомых, поехала в гости. Две недели в незнакомой стране, не владея языком (а американские родственники конечно не говорили уже на русском во втором и третьем поколениях), она разговаривала с ними на идиш и осваивала новые места. По приезду же обратно, семья начала собираться в отъезд. Она уехала первой, взяв с собой семью старшей дочери, через год последовала младшая дочь, и наконец внучка с мужем и правнучками.В новой стране на новом месте она не терялась. Тот факт что местные продавцы и водители автобусов не говорят ни на русском ни на идиш её не остнавливал.- Mam, would you like paper or plastic?- Да, и тот и другой, чего ты ещё спрашиваешь!И продавец каким-то образом прекрасно понимал, и начинал укладывать продукты в бумажные пакеты, вставленные в пластиковые. В таком же ключе протекали разговоры с водителями, продавцами одежды, врачами, и другими людьми в окружающей американской реалии. Но попытки выучить язык она не оставляла до получения гражданства. Когда же гражданство было получено, и стало понятно что серьёзного экзамена по американской истории и языку сдавать не придётся, занятия прекратились.Прожить дольше чем некоторые империи, вырастить замечательных дочерей и внуков, увидеть своих правнучек, и дать возможность выбора будущего поколениям своей семьи, дано далеко не всем. И многим из нас остаётся только надеяться оставить после себя такую дорогу в жизни.

Ранее | Позже