лит

думательное
странное настроение уже несколько дней. ощущение, что я хожу как бы во сне, не зная, кто кому снится. внешние факторы действуют раздражителями, пытающимися вытащить меня в реальность, я пробуждаюсь слегка, прорывая пленку окружающего меня марева, и тону вновь. быт втягивает меня в свои сети и разочарованно отступает в поражении, пытаясь хоть этим нанести максимальный урон. звонят жаждующие видеть меня родители - нужно ли сбагрить мешающий сервиз, встретить из лагеря племянника или съездить на озеро, да и кроме родителей меня дергают, ищут, звонят, пишут в аську совершенно разные люди, которым я внезапно понадобилась, полки покрывются слоем пыли, кошка разговорами стремится толи развлечь меня, толи привлечь к себе мое внимание... но все это далеко-далеко, не пробивается сквозь окружающую ватную завесу. я встаю, что-то делаю - и возвращаюсь на то же место, с которого меня сорвали. я слушаю голоса в динамике телефона, соглашаюсь, отказываюсь, перемещаюсь по квартире или выхожу из нее и сажусь за руль. дорога втягивается под капот машины, мелькают рамки сжимающих ее пейзажей, льется звук из слабеньких колонок. я нажимаю на газ, на тормоз, на кнопки разных каналов, меланхолично смотрю в разноцветные глаза светофоров, никуда не тороплюсь и никуда не стремлюсь. мне просто нужно пережить еще один день. фудзияма молчит со мной, окутываясь белой ватой дыма - так же, как и мое сознание. да и фудзияма - не более, чем внутри моего сознания, как символ взгляда в себя, опустошения и познания прекрасного.если меня спросят, о чем я думаю или вспоминаю в эти часы, забитые пустотой и тишиной, я не найду слов для ответа. может, мокры мои рукава, может, бабочка сложила свои трепещущие крылышки и слилась с лепестком цветка. а может, это просто сон, сплю я, спит вопрошающий меня. и один из нас снится другому, пытаясь решить парадокс сна во сне и понять, кто же настоящий тот, кто не снится другому, но сам видит сны. белые флаги фудзиямы опускаются на землю, пряча мир в своих мягких объятьях.

Ранее | Позже