Сегодня ночью на меня упал Джон Леннон. Не то, чтобы я не обрадовалась, но если бы он был не картонный и не так внезапно я была бы осчастливлена больше. Теперь Джим Моррисон висит в компании моих друзей и от этого, наверняка, чувствует себя еще круче. Совсем не потому, что мои друзья не такие прославленные, просто размер его фотографии в шесть раз больше. И пока Джим может быть на высоте один, в прямом смысле, потому что скотча больше нет.Мне всегда нравились мальчики-мужчины - младше меня, старше меня, из другого города, из телевизора, странных профессий и стилей жизни, и просто странные, с неадекватным восприятием действительности, в очках и без, с сережкой, и преимущественно брюнеты. Поэтому никто не удивился, когда будучи на четвертом курсе я влюбилась в одиннадцатиклассника из Донецка, когда мы были на четырехдневной экскурсии в Будапеште. Ему, наверняка, и в голову не могло прийти, что я билась в невидимых конвульсиях, он робел от решительных действий, поэтому мы обкачали себе пресс смехом и отбыли барочное путешествие.Вернемся, к Джону Л. Я поставила его на тумбочку возле кровати, как снотворное или ночник. Но я обещаю исправиться в очень скором времени.

Ранее | Позже