- девочки! (кажется, я уже упоминала, что девочками принято называть меня. в том случае, когда речь идёт о каком-либо ответственном задании) девочки, сегодня вам нужно сделать флюорографию и расписаться у инженера по безопасности труда. сначала сходите в медпункт, там вам специальный мальчик или девочка выдаст номерок. берите его и ищите машину с крастным крестом. как найдёте, раздевайтесь по пояс и быстренько к инженеру.не знаю уж мальчиком или девочкой являлась та шепелявая и похожая на потрёпанную игольницу бабулька, которая выписывала всем номерки, но с инженером дела обстояли ещё хуже.с изредка посещаемых лекций по охране труда, на которые мы приходили послушать новые диски дельфина и кирпичей или обменяться мелодиями и картинками своих телефонов, я вынесла некий образ бравого супергероя. в шрамах и небритой седине. с обветренными, дряблыми бицепцами и следами химических ожогов на шее. некий сборный портрет инженера-по-технике-безопаснтности. что-то между терминатором на пенсии и налоговым инспектором. и этого вполне хватило, чтобы без напрягов сдать экзамен.нас же встретило очаровательно юное создание. всё блестящее от египетского загара и изысканного мелирования. идеально выглаженное. оно прикладывало наманикюренные ручки к груди, профессионально стреляло глазками и, казалось, вот-вот готово было запеть бэлль.вот о чём, о чём, а о чьей либо вообще (и бабульки-игольницы в частности) безопастности тут уж точно речи не шло.а на вахте к стеклу был прилеплен булый бумажный пакет, на котором гордо рдело моё имя. причём выведенное такими громадными буквами, какие бывают только на табличках для встречи иностранных гостей в аэропорту. и уже тогда мне показалось, что эти огромные буквы, жирно обведённые синим маркером, напоминают кривозубую злорадную ухмылку, которая не сулит ничего хорошего.и я не ошиблась.

Ранее | Позже