Blue October Hate me

письмо к старику Хиггинсу
Мистер Хиггинс, полаходало, полаходало... поделитесь камином хотя бы. Но я не об этом. В университете кафедра прессует аспирантурой. Спокойно, не смейтесь, хотя и мне смешно. Меня вызывают на основательные разговоры и говорят, что не каждому выпадает такой шанс, что они хотят рекомендовать меня всей кафедрой, что... Я сижу напротив и представляю как одеваю им на голову железное ведро и бью резиновым молотком. Мозговой штурм, так сказать. И не помогают мои аргументы по поводу эммиграции в Новую Зеландию, нескрываемой лени, пофигизма в научных степенях. Мистер Хиггинс, он чудак. Он увлекся Фуфой Овечкиной. Той, которая кривляется, безобразничает, хулиганит. Но Вы ведь знаете, что Овечкина иногда бывает Анькой. Он спрашивает а как же я? - А что ты? Ты художник своей жизни. А потом разговор перетекает о жизни Штирлица, о том, как вкусно сыграл Мюллер и чем же все в конце концов закончилось. У меня же память ни к черту, ну Вы помните.Кубинский мальчик хотел провести со мной воскресение. Мы даже договорились. А потом ноги не захотели снимать теплые носки и шлепать по холодной невкусной осени сегодня. И даже сальса осталась где-то там, на Кубе. Холод взял меня в плен и я сдалась. Вы не обессудьте, так иногда хочется лежать на диване и смотреть Глянец, например. Про каток ногам даже холодно было думать. Теперь без партнера там стало не так. Теперь вот сиди и жди пока у бога танца Сени будет отгул. Сестра говорит, что мне олимпийские условия подавай, партнера, людей поменьше... Ну да, амбиции не мерзнут. Что характерно.Мистер Хиггинс, у Вас тоже на понедельники аллергия? Ведь с понедельника до утра субботы живешь, как белка в колесе мазды. Или лансера какого-нибудь. Только никаких пробок, а 180 в час, как на трассе. Пойдемте что ли чай с коньячком попьем. каррент мьюзик сейчас как бальзам на душу, как блеск для губ, как перчатки для рук, как водка алкоголику, как анатолий толику

Ранее | Позже